Четвертая песня об Олафе Торклайнде

Загнанный конь упал на пути,
Шатался без сил гонец.
Но его в пыли у заставы нашли,
И доставили во дворец.

И конунгу воин, потупив свой взор,
Суровую правду открыл,
Что кто-то ужасный спустился с гор,
И всех его слуг перебил.

И в бешенстве конунг воскликнул:
«Так кто ж наделал кровавых бед?!»
"Олаф из рода Торклайнд, король" —
Был короткий ответ.

И тот же час затрубили рога,
Герольды шпоря коней,
Неслись по лесам, неслись по лугам,
Сбирая войско скорей.

И вскоре, как приказал король,
Сошлись к столице войска.
Из дальних краев приходили бойцы,
Те, чья тверда рука.

В седла садились, прощались с семьей,
Брали в руки копье,
Готовясь идти на север войной,
Надолго покинув жилье.

И двинулось войско вдоль торных дорог,
Взбивая копытами снег.
Не верилось, что устоит перед ним
Жалкий один человек.

Но вот отроги северных гор
Пред их глазами встают.
И снежные бури среди ледников
Печальные песни поют.

И вот однажды, раздвинув метель,
В одну из темных ночей,
Вышел к ним Олаф с секирой в руках
И взглядом смерти страшней.

«Ну, что же, нам всем король приказал
Снять твою голову с плеч!» —
Грозно ему воевода сказал,
И вынул из ножен меч.

И тут же мелькнула во мраке праща,
Летит гранита кусок,
И бьет обломок скалы, грохоча,
Воеводу прямо в висок.

Олаф громко захохотал —
Всегда он к бою готов,
Легко подбросил секиру свою,
И побежал на врагов.

А те, не движась, в строю стоят,
В плотном угрюмом ряду.
Лишь кони тревожно под ними храпят —
Кони чуют беду.

Блистает секира, сверкают мечи,
Щиты и копья трещат,
И вот уже Олаф в кровавый салат
Рубит передний отряд.

Клочья мяса, обломки костей,
Летят доспехов куски.
Олаф работал секирой своей,
Вокруг умирали враги.

Горы из трупов, из крови ручьи,
Льются в долину с тех пор,
А Олаф врагов продолжает крошить,
Словно беснуется Тор.

Брызжут мозги и гнутся клинки,
Рвется бумагою сталь,
Уже обращаются в бегство враги,
Но Олафу их не жаль.

И вот уже почти все полегли
Под тяжелым его топором,
Олаф из фляги пива попил
И вытер секиру плащом.

Северный ветер снежинки метет
Над трупами мертвых врагов.
А Олаф устало по следу идет,
Чтобы добить беглецов.